С логикой туго всем мире. И нелады с нею отражаются в наших переводах и комментариях.
1. Вот фрагмент из «Драгоценного Украшения Освобождения».
«А что же необходимо для этого усердия? Вкратце,
Причина, основание, условие,
Методы, плод и деятельность.
То, что в этих шести пунктах кратко описывается
Непревзойденное Пробуждение,
Умным следует понять».
Итак, вопрос об усердии остается без ответа. Переводчик «отвечает» на другой вопрос – о Пробуждении. Так что же в тибетском оригинале?
2. В выражениях типа «животные и птицы», «растения и травы» неосознанно смешивается род и вид. Еще пример: «умственные действия и намеренные действия». Намеренные действия суть вид умственных действий. Значит, надо добавить какой-то признак, отличающий «намеренные» действия от умственных. (Речь, кажется, идет о действиях словесных и физических, истоками которых являются ложные взгляды и проч.?)
3. Берутся понятия, которые слишком широки для данного случая, например, дисциплина (вместо нравственность), истина и т.д. Отметим, кстати, что Шакьямуни так не делал. Он говорил не об истине вообще, а благородных истинах (арья сатьяни), не о пути вообще, а о…