«… отнюдь не следует стремиться к изложению системы буддийской философии в рамках какой-либо европейской системы. По мере возможности изложение следует вести на простом языке, избегая специальных терминов и воздерживаясь от подчеркивания параллелей. Внесение в буддийскую схему идей европейской философии крайне опасно, оно легко может привести к превратному пониманию буддизма: каждый из технических терминов имеет свое установленное отношение к целому ряду других, которые невольно всплывают по ассоциации. Если поэтому два термина – один европейский, другой буддийский – даже и соответствуют друг другу, то связанные с ними ассоциации могут быть совершенно иными, вот почему перевод буддийских терминов и вобще философских терминов чужих систем столь труден. Трудность кроется не в особенностях языка, а в разнородности рядов ассоциаций, связанных в каждом случае с данным понятием. …
При буквальных – в этимологическом смысле – переводах грозит новая опасность: переводимый термин может только в одном из своих значений совпадать с предлагаемым переводным; в таком случае могут возникнуть недоразумения и невозможность правильно понять перевод текста. Пресловутые эквиваленты вроде «закон», «loi» вместо «дхарма», «name and form» вместо «намарупа» и т.п. переводы относятся к этой категории.
Таких абсурдных буквальных переводов частичных значений, иногда по контексту вовсе не подходящих, встречается немало и в китайской, а также тибетской литературе, переводной с санскритского»
(О.О. Розенберг. Труды по буддизму. М., «Наука»,1991)