Б.И. Загуменнов (Санкт-Петербург)
ЧЕЛОВЕК И ВСЕЛЕННАЯ
(Антропология на Западе и Востоке)
Человек есть тайна. Ее надо разгадать, ежели будешь ее разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время. Я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком.
Достоевский
Распознай, что осознавание во всей своей обнаженности — твоя истинная природа.
Лонгчен Рабджам
1. Человек (и человечество) по-прежнему остается для нас основной проблемой. Человека следует рассматривать в контексте его существования. Этот контекст — вся Вселенная. Основные её атрибуты — материя, движение, пространство, время и причинность — присущи человеку и его среде. Человек как микрокосм, как «синопсис Вселенной» включает в себя то, что относится к неживой природе (механика, физика, химические процессы), к биологии (уровни растительной и животной жизни) и к собственно человеку; человек — существо природное и социальное. Человек — зоон политикон (Аристотель), «общественное животное»; его существование вне общества — невозможно. А общество во времени — это история.
(1а) Ранее говорили о «проблеме человека». Сейчас эта тема обозначается также словами «философская антропология» ( = философия человека, наука о человеке, человековедение, человекознание).
2. Несмотря на весьма различную структуру многочисленных «философских антропологий», в них есть нечто общее, и это общее довольно забавно. А именно. Содержание антропологий отражено в их предисловиях и сводится, по сути, к двум пунктам: (1) знание человека чрезвычайно важно; но (2) что такое человек, мы до сих пор не знаем. :))
И это не анекдот. Действительно, вводные слова многих авторов торжественны и достигают порой прямо-таки поэтической высоты (эпического звучания). Кант утверждает: «То обстоятельство, что человек может обладать представлением о своем Я, бесконечно возвышает его над всеми другими существами, живущими на земле. Благодаря этому он личность…» [Кант, 1966, С.357]. И Гегель выражается столь же возвышенно: «Познание духа есть самое конкретное и потому самое трудное. Познай самого себя — эта абсолютная заповедь…». [Гегель, 1977, С.6].
Им, подобно эху, вторит и россиянин В.Несмелов в своей «Науке о человеке»: «Неведомый гений написал когда-то на фронтоне Дельфийского храма: γνωθι σεαυτον («познай себя»), – гений же потом и объяснил грекам таинственный смысл этой надписи. Сократ первый увидел в ней глубочайшую загадку о человеке и первый догадался, что в решении этой именно загадки должна заключаться вся полнота человеческой мудрости». [Русская религ. антропология. т. 1, 1997, С.207].
3. Но каков результат исследований, исходящих из столь возвышенных установок? Вот некоторые высказывания:
(1) «Человеческая личность настолько многогранна, парадоксальна и загадочна, что философ легко теряется, или чувствует неуверенность, или акцентирует какое-то одно измерение человека, забывая об остальных и представляя человека в искажённом, редуцированном и неполном виде. Есть множество примеров такого антропологического редукционизма». [Вальверде, 2000, С. 10]
(2) Еще более пессимистичен наш соотечественник: «Философская антропология поставила человека и его экзистенциалы непосредственно в фокус исследования, и мы многое узнали о человеке, точнее, о его «свойствах» (по большей части «ущербных» или «чудовищных»), но мы так и не узнали его. Более того: чем далее «уходит» в свой предмет философская антропология, тем меньше узнается в нем — этом предмете — человек». [Тен, 2011, С.81].
4. А вот православные христиане судят о человеке более уверенно:
Например, В.Зеньковский (1969): «Обращаясь к вопросу о происхождении человека, сразу же скажем, что православие твердо стоит здесь на почве библейской антропологии, т.е. признает, что человек появился на земле не в порядке «естественной эволюции» живых существ, но сотворен был особым и отдельным актом творения» [Русская религиозная антропология. Т.II. 1997. С.435].
Протоиерей В.Леонов (2013) еще более решителен: «Создателем человека является Сам Бог. В отличие от всех иных творений видимого мира, которые произошли по велению Божиему, в создании человека Он не ограничивается Своим словом, но Сам создает первого человека из праха земного» [Леонов, 2013, С. 25.
Но вряд ли мы подобные заявления можем принимать всерьез.
5. «Вечные вопросы». Итак, что же такое человек? Возможно ли его определение и постижение его сущности? Неужели за несколько тысяч лет сознательного существования человечество так и не приблизилось к разрешению этой тайны?
Здесь мы оказываемся в специфической сфере т. н. «вечных вопросов», или «мировых загадок». Что такое жизнь, сознание, религия? Некоторые говорят, что никто еще смог дать их определения и потому заниматься этим бесполезно. Но… в то же время мы находим их определения в любом словаре! Этот «парадокс» связан, видимо, с неправильной постановкой вопроса….. «Как это обычно бывает, антиномичность проблемы скорее всего означает, что она недостаточно корректно сформулирована и нуждается в переосмыслении…» [Гегель, 1993, С.37].
Недоразумение вызвано тем, что от определения (дефиниции) подспудно ожидают абсолютной полноты. Но, как известно, дефиниция не исчерпывает и не может исчерпать того, что является ее предметом. Более того, если и сам этот предмет и его исследование находятся в изменении и развитии, то любая их дефиниция, как минимум, быстро устаревает. И любое описание их неполно.
5а. Но это совсем не означает, что здесь нет никого прогресса. Правильный подход к «вечным вопросам» уже давно известен. Так, Ушинский пишет по поводу сознания: «Глядя на эти повороты мысли с исторической точки зрения, убеждаешься, что вопрос о сущности сознания представляет одну из тех антиномий ума человеческого, которые, оставаясь неразрешимыми сами, двигают его все вперед и вперед своим, может быть вечным вопросительным знаком, приводят человека к решению множества, стоящих по дороге вопросов, а сами, нерешенные уходят и глубже.
Попытками узнать, что такое сознание само в себе, в какой форме и где оно находится, наполнены страницы философской истории. … Почти то же самое… можно сказать о попытках определить сущность сознания, только из этих попыток составилось бы не одна глава, а несколько томов. Однако же мы считали бы легкомысленным отозваться с насмешливым презрением об этих попытках лучших умов человечества. Мы не согласны видеть ни глупости, ни бесполезной траты времени в этом вечном стремлении человечества к разрешению еще не разрешенных вопросов, стоящих, как неподвижные скалы, среди волнующихся моря мысли человеческой: бесчисленное число раз кидаются волны на крутые, твердые и скользкие ребра каменных гигантов и, поднявшись почти до вершины, столько же раз обваливаются назад. Однако кто же скажет, то эти скалы неодолимы? Разве морские берега не усеяны обломками когда-то бывших скал, казавшихся такими же неодолимыми. Взгляните, сколько знаний приобрело человечество, докапываясь до сущности вещей…». (Как человечество не перестанет дышать, так оно не перестанет заниматься) «метафизическими вопросами, хотя бы тысячу раз испытало бесплодность своих попыток разрешить их»[Ушинский , 1948. С. 341, 342].
А еще ранее об этом говорил с оптимизмом Гегель: «Человек должен уважать самого себя и признать себя достойным наивысочайшего. Какого бы высокого мнения мы ни были о величии и могуществе духа, оно всё же будет недостаточно высоким. Скрытая сущность Вселенной не обладает в себе силой, которая была бы в состоянии оказать сопротивление дерзновению познания. Она должна перед ним открыться, развернуть перед его глазами богатства и глубины своей природы и дать ему наслаждаться ими». [Гегель, 1974, С. 83].
Короче говоря, мнимая и временная неразрешимость «вечных вопросов» может стать побуждением к деятельности по их разрешению, может стать «движущим противоречием». Ситуация проблемности, неудовлетворенности, страдания — стимул для разрешения проблем. Примером может служить буддизм, веданта и другие религиозно-философские системы. Они ведь возникли в результате попыток разрешения коренных проблем жизни посредством достижения надмирского, целостного, (за)предельного (скр. парама-артха).
6. Проблемы современной антропологии
(1) Евроцентризм довлеет над антропологией уже более ста лет, но результаты с его преодолением — почти нулевые. Достаточно взглянуть хотя бы на оглавления наших учебников философии, чтобы убедиться: Индии и Китаю посвящены считанные страницы. (Исключение — учебник под ред. проф. Колесникова)
Что до философских антропологий, то в них о Востоке обычно не упоминается вообще. Впечатление такое, что на земле обитают только европейцы. Даже в Древней Греции о Востоке иногда говорили больше, чем в среде современных европейских и российских антропологов.
(1а) Господствующая форма антропологии не только евроцентрична, она еще и геоцентрична. Человек — элемент земной цивилизации, которая единственна и неповторима. Таково, конечно, понимание Гегеля, Бердяева и множества других мыслителей, рассуждающих о «смысле истории». Но ведь во времена Гегеля и даже Бердяева (лет сто назад) Вселенная сводилась всего-навсего к единственной галактике — Млечному пути, и время существования ее было недолгим. Сейчас мы знаем о миллиардах (!) галактик и о Большом взрыве, случившемся около 14 млрд лет назад. Более того, уже открыто множество экзопланет (условия существования некоторых из них могут приближаться к земным). Короче говоря, следует готовиться к тому, что человек — не единственное существо, обладающее самосознанием, а земная цивилизация — не единственная в Космосе. И к тому, что существуют сверхцивилизации. В этом контексте наши рассуждения «о земном» становятся проблематичными и недостаточно обоснованными: мы судим по результатам развития одной цивилизации и притом на основании короткого промежутка времени (короткого даже в историческом масштабе, не говоря о космическом).
(2) Все антропологи буквально «зациклились» на Максе Шелере с его пресловутым «антропологическим поворотом».
Но антропологический поворот был совершен в России много раньше, чем на Западе. «О человеке, его смертности и бессмертии» Радищев написал в XVIII-м веке. А в XIX-м, помимо «Антропологии» Ушинского, мы встречаем множество имен: Гоголь, Достоевский, Толстой, Бердяев, Шестов и т. д., исследовавших глубины человеческой психики (вспомним хотя бы парадоксальные «Записки из подполья», Достоевского). Были созданы и собственно антропологические сочинения (например, «Наука о человеке» В. Несмелова).
(3) Проблема с первоисточниками. Обнаружилась забавная и в то же время серьезная проблема с первоисточниками. И речь не только о неохватном «океане информации», но и о немногих ключевых произведениях. Нередко приходится отмечать случаи незнакомства профессионалов с довольно известными и глубокими вещами по их профилю — такими, как работы Ушинского, Ясперса, Кемпинского. Это действительно непростой вопрос.
(4) Субстанционализм. До сих пор можно встретить странную идею о «неизменной природе человека». Видимо, идея исходит из европейской философии XVII-го века с ее предельной категорией субстанции. Это — «субстанционалистки интерпретированная “природа человека” как некий аналог субстанции применительно к человеку, фиксирующий в человеке то, что безусловно, то есть всегда, во все времена и при всех обстоятельствах необходимо ему присуще, изначальное и неизменное. [Гегель, 1993, С. 11] .
Этой крайности противостоит другая — антропологический релятивизм. Один из приверженцев его пишет: «Вопрос «Что такое человек?» не имеет однозначного ответа, потому что в каждую эпоху ставится по-разному. [Марков, 2008, С.5].
7. (1) Но разумно ли впадать в крайности «абсолютизма» или, наоборот, релятивизма, подчеркивая изменчивое? В действительности человек, как и любое явление, совмещает в себе и неизменное и меняющееся. Но в антропологии мы должны исходить не из нюансов, которых бесчисленное множество, а из высокого уровня обобщения. Везде и в любые времена человек должен дышать, есть, двигаться, все нормальные люди обладают вниманием, памятью, мышлением, самосознанием, речью, ставят перед собой цели, подвержены, страстям, обладают нравственным сознанием и т. д. Менталитет людей, их обычаи,темперамент весьма различны у разных народов и в разные эпохи, но эти различия не входят в существенные свойства человека, в его сущность. Многое в диалогах Платона или в Дхаммападе мы находим вполне современным, как будто написанным «только вчера»….
(2) Но — ab ovo. Первое, с чего можно начать анализировать тему «антропология» — это организм, растительный или животный. Происхождение жизни относится пока еще к области предположений и гипотез, а то, что жизнь явлена нам в виде организмов, это очевидный факт. Основные признаки живого существа (т. е. животного организма) — психика и произвольное движение. Любому существу присущи атрибуты движения и познания (в пространстве и времени). В классическом индуизме не случайно были четко выделены органы действия (карма-индрии) и органы познания (джняна-индрии). Фактически существует единый процесс действия-и-познания. Двигательные реакции обычно обусловлены полученной информацией (например, зрительным образом врага), в свою очередь познание невозможно без разного рода движений. А произвольное передвижение животного дает неизмеримо больше информации, чем спокойное, похожее на сон, пребывание растения. Само движение (например, манипуляции с помощью рук) является способом познания окружающего мира и собственного тела. Воздействие на тело, восприятие зрительных объектов отзывается ощущениями и эмоциями (приятными или неприятными). Таким образом, познание, эмоции и действия (деятельность) — это древнейшая триада, составляющая содержание психической жизни любого существа. В том числе и человека. Ощущения и первичные эмоции, например боль и страх, входят в необходимейшие реакции самосохранения. Если бы, например, организмы не испытывали боли, они бы погибли.
Но что заставляет познавать, двигаться и испытывать эмоции? — Конечно, потребности. Они первичны (относительно сознания), они являются движущей силой. Потребность в дыхании, питании и т. д. Но и само движение тоже превращается в абсолютную потребность. Познание — также.
Психика представляет собой непрерывный поток эмоций, мыслей и актов. Основная потребность человека — потребность в неограниченной и расширяющей психической деятельности. Это связано с его свободой и с тем, что называют счастьем или высшим благом.
(3) Специфика человека. На традиционный вопрос, чем отличается человек от животных, т. е. в чем состоит специфика человека, следует ответить, что это, вкратце, — самосознание, язык и абстрактное (словесно-понятийное) мышление.
Благодаря этой триаде возникает и существует духовная жизнь, основные виды которой — мораль, мифология, искусство, религия, философия и наука.
Итак, вкратце то, что называют человеком — это система «тело-психика-дух». Это древнее деление следует признать верным и общечеловеческим. Но конкретная структура этой системы и ее «размах», амплитуда, диапазон, параметры весьма различны в разных философских и религиозно философских системах (в буддизме, веданте, христианстве…).
Каковы основные темы, цели или ценности жизни? Древнее деление — мирские (самсара) и немирские, или сверхмирские (мокша, нирвана). В Древней Индии — это четыре пурушартхи (дхарма, кама, артха; мокша). Переход от самсары к достижению нирваны, пробуждения, освобождения, т.е высшей реальности, сверхсознания — это основной путь, основная и высшая духовная ценность, содержание и суть основных религиозно-философских систем.
8. Сейчас у нас уже довольно переводов первоисточников и исследований, чтобы достаточно обоснованно представить себе различные концепции человека в восточных учениях. Эти концепции многочисленны. Возьмем хотя бы три из них , изложенные в системах адвайта-веданты, классической йоги и буддизма махаяны.
Их общая особенность — описание духовного развития нормального человека от его обычного уровня (пртхак-джана) до реализации высочайшего уровня, доступного человеку вообще (бодхи, нирвана, мокша). Это и есть предельно развитая концепция человека.
Таким образом, человек — это единство тела-и-психики, в единстве со средой обитания. Это единство конечного, ограниченного и высшего. Психика человека содержит возможность постижения, достижения (реализации) высшей реальности. Итак, человек — это ряд ступеней, включающих основные аспекты «неживой природы», растений, животных, собственно человеческого, включая сверхреальность.
Сущность человека — в деятельном сознании, которое выходит за пределы самого себя к сверхсознательному (=высшая реальность, скр. парамартха), которое по своей природе, следовательно, неопределимо, — «недосягаемо для мысли и речи» (скр. аванманасагочарам), согласно классическому выражению.
9. В ходе развития науки за довольно короткий период выяснилось, что все в мире находится не только в движении, но и в развитии, т.е. в процессе перехода от низших ступеней реальности к высшим. Вначале это было установлено относительно планеты Земля и жизни на ней (геология и биология). А позже и относительно всей Вселенной. Представление о бесконечной и вечной Вселенной сменилось теорией Большого Взрыва, т.е. теорией процесса. Издревле было понятно, что жизнь человека от зачатия до зрелости, смерти — это процесс развития.
Что до общества, или человечества, то здесь и до сих пор нет единства мнений. В древности, в Индии и Греции, господствовало, по-видимому, представление об истории как круговращении. «Золотой век» сменялся рядом стадий, которые заканчивались полной деградацией и «концом света». В индуизме и буддизме, однако, считается что за стадией крайнего упадка, наступает новый цикл — возрождение, и цикл повторяется снова. Движение по кругу или по «спирали». В христианстве, в отличие от других религий, принята линейная и «одноразовая» модель истории. От сотворения людей богом и грехопадение через боговоплощение (И. Христос) и к опять же — к окончательному «концу света», к концу человеческой истории вообще.
Сейчас есть надежда на то, что у человечества есть возможность развития, пределов которого не видно в «обозримом» будущем. Это очевидно на примере прогресса в развитии науки и техники. С человеком же и его основной средой — обществом дела обстоят не так благополучно и однозначно. Гегель в своей «Философии истории» пишет:
Если свобода как таковая прежде всего есть внутреннее понятие, то средства, наоборот, оказываются чем-то внешним, тем… что непосредственно бросается в глаза и обнаруживаются в истории. …действия людей вытекают из их потребностей, их страстей, их интересов… лишь они играют главную роль. Конечно, там можно найти и общие цели, желание добра, благородную любовь к отечеству… но эти добродетели играют ничтожную роль… Наоборот, страсти, своекорыстные цели, удовлетворение эгоизма имеют наибольшую силу; их сила заключается в том, что они не признают никаких пределов, которые право и моральность стремятся установить для них… [Гегель, 1974, С.73].
По сути Гегель говорит то же самое, что уже 2,5 тыс. лет назад с определенностью высказал Будда Шакьямуни. Пребывание в этом несовершенном мире, качество жизни в этом мире (в самсаре) вызывается и сопровождается клешами, которые вкратце можно обозначить как троицу «невежество, страсть, ненависть» (скр. моха, рага, двеша). Это — основной источник страданий и бед. Вплоть до того, что может привести к гибели человеческую цивилизацию. Во всяком случае, современные тенденции потребления, отношения к природе и другим людям ведут в тупик. Немало авторов считает, что цивилизация находится в глубочайшем кризисе и должна начать жизнь на новых основах, «под новым знаменем», иначе нас ожидает гибель.
ЛИТЕРАТУРА
Вальверде К. Философская антропология. М., 2000
Гегель Г.В.Ф. Философия истории. 1993
Гегель Г.В.Ф. Философия духа. М., 1974.
Кант И. Соч. в шести тт. т.6. М., 1966.
Леонов В., протоиерей. Основы православной антропологии. М., 2013.
Марков Б.В. Философская антропология. М., 2008.
Русская религиозная антропология. В 2 тт. М., 1997.
Тен В. Диалектические начала антропоэволюции. СПб., 2011.
Ушинский К.Д. Собр. соч. в 11 тт. Т.3 М.-Л., 1948