Судя по обширности цитат и скрупулезности анализа, «женский вопрос» занимает особое место в сердце нашего рыцаря. По широте душевной, еще неутраченной на Руси, он избирает дамой сердца не одну, а сразу всех женщин, защищая их честь от непотребного отношения к ним в буддизме. Он уверяет нас, что, в отличие от христианства, в буддизме аскетические советы монахам возведены в степень «последних философских истин» (с.422).
Но обратимся к первоисточникам. В Дхаммападе, предназначенной для аскетов, мы с трудом найдем несколько строк, посвященных отношению к женщинам. В христианском же «Добротолюбии» десятки страниц живописуют борьбу с грехом блуда: «Взор женщины – ядовитая стрела, ранит душу и вливает в нее яд. …»[В красивой женщине] ничего не найдешь, кроме костей, жил и зловония»; «Похоть же и гнев суть причины всех зол». Отметим: «всех», т.е., вопреки уверениям уважаемого дьякона, как раз христианство возводит отношение к женщине в степень «последних истин».
Но Кураев не последователен в своем «благородстве». Вот что он говорит в одном из последних изданий: «женское христианство довольно своеобразно. Есть такая странная церковная алхимия. Берем два компонента: первый – Православие, второй – женщина. Каждый их этих компонентов сам по себе теплый, пушистый, хороший. Теперь сливаем их в одну колбочку. Что получаем? Православие + женщина = приходская ведьма. Не всегда, конечно, но все же довольно часто… если появится женское священство, то это будет верный шаг на пути превращения Православия в тоталитарную секту». (Диакон А. Кураев. Ответы молодым. Саратов. 2009. С.172-3).
Таково реальное, а не полемическое отношение Кураева к женскому вопросу.
(См. также – Бердяев. Дух и реальность, с 86).