Средства познания (восприятие, мышление) и речевая деятельность дают не только правильное, но и неадекватное (некорректное) знание. Наши когнитивные отношения с миром и собой включают незнание, знание и ложное знание. Часто незнание (отсутствие знания) не осознается, не констатируется или же не признается, а заменяется ложным знанием. Ложное знание – это видение иного вместо этого, принятие одного за другое. Классические примеры из индийских учений: принятие веревки за змею, или перламутра за серебро.
Причины заблуждений.
Общая причина – это несовершенство нашего ума, его ограниченность (см. ниже), количественная и качественная. Конечное во времени и в способностях не может охватить бесконечное. Меньшее не может постичь большее, мелкое не может проникнуть в глубокое.
Далее, на уровне относительного знания познания (т.е. в сфере отношений субъект-объект) причина заблуждений – в неправильной деятельности самого ума (искаженное восприятие, логические ошибки и т.п.) и неправильной его деятельности, вызываемой внешними по отношению к нему факторами: интересами, потребностями, принуждающей силой необходимости, влиянием бессознательных механизмов психики и разнообразными страстями и эмоциями (страх, привязанность, страсть, отвращение, эгоцентризм…).
(1). Ограниченность ума проявляется, прежде всего, вообще в неадекватном способе познания реальности: при познании и практической деятельности происходит жесткое деление на субъект и объект (это вообще условие обычного познания и деятельности), хотя в действительности существует единство, неразрывность того и другого. То, что невечно и непостоянно (скр. анитья, тиб. ми.ртаг) принимается за вечное и постоянное (концепция постоянного «я» и привязанность к нему); наша память, мышление охватывают незначительную часть реальности; наша психика связана с телом и обусловлена им («гены», инстинкт самосохранения и пространственная локализация тела), она обусловлена временем, пространством и результатами прежних действий (карма).
Когда ограничения устраняются духовной практикой, ум становится подобным бесконечному пространству и способен адекватно познавать или переживать реальность, будучи неотделимым или тождественным с нею.
Итак, основной предпосылкой (подосновой) недостоверного познания являются глубинные предрасположенности (скр. васаны) познавать, функционировать неправильно (неадекватно). Эти следы ложного знания (митхья-джняна) порождают дальнейшее неправильное познание, точнее, неадекватные способы реагирования нашей психики на разных уровнях: рациональном (мышление, память), эмоциональном (страсть, ненависть), общепсихологическом (иллюзия постоянного вечного «я»), бессознательно-инстинктивном (инстинкт самосохранения, страх смерти).
В буддизме эти ограниченности, по устранении которых достигается всеведение или адекватное постижение реальности, в основном описываются как две препоны, или «завесы» (скр. аварана): джнея-аварана и клеша-аварана. Причины-и-условия неадекватного познания, по сути, тождественны с причинами самсары: авидья, клеши и карма.
(2). На рациональном уровне, т.е. прежде всего на уровне абстрактного мышления (которое у человека проникает в деятельность и чувственного восприятия) недостоверные знания возникают при отсутствии, недостаточности и не должном качестве источников и средств достоверного познания (см. выше), т. е. познание объектов не может быть достоверным, если эти объекты вообще не воспринимались (данным человеком) или о них было собрано недостаточно фактов, или если фактов – множество, но они понимаются неправильно, искаженно, или же и при достаточном количестве фактов и общем правильном мышлении, мы опираемся только на личный опыт (без учета исторически накопленных знаний и опыта), или опираемся на ложных авторитеты, или не учитываем фактора исторического времени, или принимаем за истинные концепции и «учения», возникшие недавно, основанные самозванными «учителями».
Короче говоря, для того, чтобы избежать ошибок, следует опираться на средства и источники достоверного познания.
Ошибки, заблуждения возникают, как уже было сказано, при отсутствии (недостаточности) знаний, или при опоре на недостоверные средства получения знаний.
В первом случае «недостаток информации» заполняется измышлениями, предположениями, фантазиями (что мы видим, например, при описании Востока древними или средневековыми европейскими авторами, а позже Е. Блаватской, Рампой и т.д.). Лишь немногие могут честно сказать «не знаю» о том, чего они не знают.
Во втором случае мы опираемся на источники, средства и способы получения знаний, которые не отвечают критериям истинности. Большая часть информации, получаемой нами в течение дня, обычно не проверена нами на достоверность: слухи, рассказы знакомых, пересказы виденного и слышанного. Особенно большие искажения в достоверности и объективности возникают под влиянием финансовых, политических и идеологических интересов. Но мы (даже если бы была необходимость) просто физически неспособны проверить достоверность большей части того, что воспринимаем в течение дня, и потому воспринимаем его некритически, на веру. Здесь – опасность подчинения «потоку информации». Хорошо известно, что масс медиа легко обрабатывают массы, которые, в результате, начинают действовать даже вопреки собственным интересам.
(3). Иррациональное и его влияние на правильное познание. Рациональное – это память (в особенности процесс воспоминания, постоянно совершающийся в нас) и логическое, или абстрактное мышление. Сюда относится также понимание, осознание, самонаблюдение, осознавание себя (самосознание и его акты) и способность (акт) сознательного выбора между двумя вариантами (сознательная воля). Короче, рациональное – это абстрактное мышление и самосознание.
А иррациональное – это эмоции и страсти, клеши, биологические потребности и влечения, психологические потребности самосохранения, самозащиты и различные виды пристрастий и желаний. А также всё неосознаваемое в психике, вступающее нередко в противоречие с сознанием. Это также различные предрассудки, предубеждения, штампы, шаблоны и т.п. Далее, различные привычки поведения и психики, которые могут влиять на объективность мышления. Наконец ход нашего мышления в целом определяется нашим мировоззрением (будь то скептицизм, пессимизм, суперкритицизм или поверхностный оптимизм). Приверженность к определенной конфессии, идеологии совершенно явно сказывается на логичности нашего мышления. Уже заранее известно, как ответит на определенные вопросы протестантский пастор или православный священник.
Странное искажение картины мира в фольклоре. «Меня всегда удивляла слепая вера в пословицы, даже если они ложны и вводят в заблуждение. Лисица не более хитра, чем другие хищные звери, и гораздо глупее, чем волк или собака; голуби, конечно, далеко не мирная птица, а о рыбах ходят слухи только неверные: они вовсе не такие холоднокровные, чтобы называть их именем вялых и медлительных людей, и совсем не так счастливы в воде, как внушает нам известная пословица». — К. Лоренц. Человек находит друга. М.2002. стр.226. Действительно, (добавим) ворона, осторожная, практичная и умная птица, в обыденном языке почему-то символизирует ротозейство; осел считается глупым животным (дурака называют ослом) и т.д.